Крикошетом

Он… упоминание почти в каждой беседе, разочарование в нашей победе, много-много фальши на втором курсе, отчаянно улыбаюсь Урсе, вспоминаю, как было раньше, примеряю шутовские колпаки, ах, какие же вы дураки, я звоню бубенцами отчаянно, дико, яростно и неприкаянно, пытаюсь выглядеть счастливой, милой, общительной и красивой. А на самом деле мою душу гложет тоска и горечи, боли два куска, чего же вы хотели. Все тогда было верно и справедливо, в далеком городе живет мой милый, а я просто считаю дни, консервирую сны, "Я живу лишь тобой, Любимый, мой герой, мой непобедимый". Чуешь, есть твоя половинка, нежный мой, жду тебя, Мальвинка. А потом твои обещания, клятвы-акулы, неисполненные посулы, а мои старания, тщетные, кстати, нет у тебя смелости порвать, хватит. Сказать "Все кончено, решено, люблю другую, нам не дано вместе быть, думай как знаешь", на пластиковые мечи меняешь хрупкие чувства девы, а потом много лет страдаешь, совестью-королевой мучимый. А мне все равно стало, уязвленная гордость взыграла, я сгорела и переродилась, с одинокою долей смирилась, зато я душа общества отныне, алая звезда в горечи полыни, игрою я существую. Ну и что, что по ночам коченею, вою от безысходности, незаполненной плотности, других грею, а сама равнодушная? Легче думать, что все мудаки и гады, но порой молю о пощаде, беззащитная, скучная. Я вперяюсь взглядом в мужчину рядом, их обычно море преходящих, блестящих, но вскоре (как правило) лишь один остается, холит-лелеет, надо мною радеет, птицей взовьется от дольки внимания, а я брыкаюсь, сопротивляюсь, разочарования ожидаю с каждой минутой, кто выдержит быть с такой ипанутой…

В исступлении ядом терзалась,
К роднику припадая устами,
Вновь и вновь она низвергалась,
Бесконечно дерзая кнутами
Тело юное и непорочное,
Умертвив дух, поддавшись печали.
Виновата ли сказка восточная,
Чьи осколки жестоко кидали.
Поломав крылья из алебастра,
Искупав в грязевых темных лужах,
Но горит она, алая astra,
Не оставшись в людских зимних стужах.
И блистает на небе, сверкает,
Вдохновляя поэтов на оды,
Смирно ждет час, когда же настанет
Встреча с Ним, через долгие годы…

Я хочу распять тебя на кресте, изуверски вбивая гвозди в нежные запястья, распять жесткосердно, нещадно, упиваясь алой кровью, что будет выступать на твоей бледной коже, слизывая ее медленно и нежно, лаская твои руки и тело твое. Рафаэль… как много для меня в этом имени, Рафаэль, любовь моя неземная, предел мечтаний, объект вожделения. Я смотрю на тебя невинно, и одно небо знает, какие страсти бушуют в моем сердце, я хочу запустить руку в твои длинные темные локоны и играть с ними не переставая, наслаждаясь твоим запахом, очаровываясь твоим голосом, бесконечно утопая в твоем светозарном взгляде.

Рафаэль, мой ненаглядный Рафаэль, ты спустился ко мне из ниоткуда, одарив меня лишь молчанием, и крупицы твоего внимания собирала я долго и трепетно, ловила в золотые сети памяти, перебирала осторожно и с замиранием сердца, готовая посвятить себя всю тебе, отдать до малейшей толики, раствориться в тебе тихо и с обожанием, только бы быть рядом. Говорят, я ветреница, холодная и бездушная, разбивательница сердец, но с тобой все не так. Рафаэль, свет жизни моей, давным-давно мои душу и тело забрал ты, всю любовь мою захватил, сам того не желая, завоевал ретивое и сделался его единовластным повелителем. Ты смеешься, не веришь, да и все равно тебе, а очи неземные затуманены ангельскими симпатиями, и я ненавижу себя за это, тихо плача, сжимая кулаки до кровавых полумесяцев на ладонях.

Крылья твои шелковисто трепещут на ветру, а я хочу вырвать их с корнем, отрывая по перышку. Лишь бы ты никуда не делся, не улетел, остался бы рядом со мной. Рафаэль, мечта моя, я знаю, что это невозможно, я скорее сама умру тысячу раз, чем причиню тебе малейшее страдание, перетерплю все мыслимые муки, исхожу вдоль и поперек все круги ада, лишь бы ты был счастлив, о незабвенный алмаз моего сердца. Я неправильно веду себя с тобой, улыбаюсь театрально и изломанно, дергаю плечами нервически, и вообще сама не своя, словно вновь я юная девочка, и телу моему восемнадцать лет. Быть может, ровно столько моей душе, когда ты рядом, словно эликсир вечной молодости, снадобье нетленной красоты, бальзам нескончаемого счастья.

Все мои силы уходят на то, чтобы в твоем обществе казаться апатичной, безучастной, бесчувственной, леденя пламень сердца, остужая страсти плоти. Рафаэль, мое темное проклятие и высочайшее счастье одновременно, ты разрываешь мне душу одним лучезарным взором, брошенным на другую, раздираешь сердце на мельчайшие клочья, утешая и веселя других, заставляя меня испытывать бесконечные муки одним мановения пальца, не замечая того или, быть может, не желая замечать. Ты вновь и вновь вводишь меня в искушение, то подавая надежды, то разрушая их полностью, и за то я ненавижу тебя, о Рафаэль.

Я хотела бы вонзить в твое сердце отравленный кинжал любви, сжечь тебя на долго разгорающемся костре страсти, утопить в омуте своих чувств и желаний, но я бессильна, да и любой такой возможностью я не воспользуюсь, оставаясь в тени, наблюдая, как мой ангел обретает свое счастие на этой бренной земле. Пусть не со мной, пусть не рядом, но только на земле, не в небесах. Не знаю, отчего так боюсь этой синевы над головой, знаю лишь, что там он все отринет.

Рафаэль, душа моя, благородный светлый ангел, я недостойна и мизинца твоего, и пряди чудесных волос, и, наверное, не вправе осуждать твои игры, невинные забавы с моим сердцем. Иногда я злюсь, иногда прощаю все, пропитываясь милосердием до самых глубин своей неизведанной души, но это ли важно. Знай, что я люблю тебя, люблю отчаянно, без меры, до боли, непреодолимо люблю тебя, мой ангел ночи.

Как хочется тихо из жизни уйти, забрав с собой флешку и диски. И парочку крыльев приобрести, пусть черных, но мягких, пушистых. И ангелом тихим, невидимым стать, что жизнь и судьбу охраняет. Тебя, лишь тебя я могу выбирать, того, кто меня вдохновляет. Пожалуйста, Небо, позволь мне пропасть, предаться забвению, сгинуть. Он может легко оступиться, упасть, лавируя, всех нас покинуть. А я же в безмолвии буду радеть, поддерживать, печься незримо. С блаженной улыбкою просто смотреть, добился успеха, вестимо. Когда ж Он в расстройстве, досадует зря, прелестно свой лобик так морщит, я сделаю все, недалеко паря, а крылия ветер топорщит. Начну гром и молнии точно метать в обидчика, что угрожает, не дам Невезенью Его крепко обнять, Удача лишь пусть прилипает. Он скажет себе "да, я молодец", и я в нем почти растворяюсь, довольная, тем, что счастливый конец, улыбкой его озаряюсь. Ведь это, наверное, счастье и есть, когда, наплевав на старанья отладить свою неудачную жизнь, Его выполняешь желанья?

А может, ты перестанешь рассказывать себе сказки, давай-ка ты все забудешь и так избежишь огласки. Ведь правда, ну сколько можно, теперь все вокруг иное, зачем нам вздыхать несчастно, к чему ворошить былое. Отбрось все свои сомненья, разбей все подряд упованья, сломай, и без огорченья сожги свои воспоминанья. Я помню, как мы хоронили эмоции, переживанья, но те раз за разом всходили, как зомби, ну что за восстанье! А сколько часов унылых себя я сама убеждала: "Не сохну, он сердцу не милый", но миг — и все снова сначала… О Время, ленивый ты лекарь, не в силах и вылечить рану. А я безобразный аптекарь, от снадобий скоро устану, нет толка от них, улучшенья, они только усугубляют. Поклонники лишь омерзенье в душе у меня вызывают. Не верю, и быть так не может, вторю я упорно и вечно. Оставил. Бросил. И что же? Люблю тебя бесконечно…

Ну ты и тупой! Ужас, какой тупой! Вот смотри, когда человека кусает вампир, то он тоже превращается в вампира! А тебя, судя по всему, искусали дебилы!

О да... Стоит только оглянуться вокруг на все эти странные пары, все взаимоотношения, бесконечные неразделенные любви или отсутствие таковых. Вы, Дарья Александровна, страдаете от вашей любви и легко изменяемого тела, а ваш Он от нелюбви к вам. Вы, дражайшая Ив, страдаете оттого, что так и не встретили Его (а может, и не страдаете, а наплевали, что тоже не есть гуд). Вы, не менее дражайшая Катрин, до сих пор одна, и кто только знает, что творится у вас на душе, ибо вы скрываете свои истинные чувства глубоко внутри от меня (или от всех?). Елена Андреевна, должны же быть счастливые исключения, не так ли? Хотя я знаю, вам оно далось ой как нелегко, заслужили. Вы, кажется, не пылаете столь большой страстью к своей половине, Вы не любите вашу даму и посылаете ее при каждом удобном случае, ибо разуверились в женщинах вообще, а Вы исполнились циничности в юные годы и поддаетесь растлению.

А я... я про себя молчу, и так все понятно. Разочаровываюсь. Проверяю на себе общеизвестные истины (на ненормальных они работают наоборот). Циничу и растлеваю всех кого ни попадя. Шокирую и леденю. Морально ликвидирую. И иногда ночами страдаю, рыдая в подушку. Опять шокировала?

О небо... нас всех покусали дебилы!

В отблеске тысячелетий, в царстве вечности живу, не боюсь любовных сетей, не себе принадлежу. Но смотрю на полотно я, сердце улетает ввысь, древний призрак из картины, где же ты, ну, отзовись! Хочешь, буду клоунессой или лишь твоим шутом, возжелаешь, всю я вечность проведу с закрытым ртом. Ах, откликнись, ради бога, ради неба и светил. Покажись в моих чертогах, где не раз когда-то был. Нежным гласом бархатистым душу мне обволоки, взглядом умным и лучистым вновь себе поработи. Созерцаю, вспоминаю, из очей моря все льют, воротись же, умоляю, мрачной жизни мой салют…

Смотрю на вас смиренно, сударь, из-под ресниц, потупив взор. Безмолвие. О, ваше дело, безропотно терплю позор. Давно ль блистала при дворе я, и фавориткою была? Давно. И будто сказочная фея с собой то время унесла. Я не мила вам больше, что же, услада сердца — вот Она. Хулить другую мне негоже, монархам новизна нужна. Тогда любила вас ужасно, совсем без памяти была, мечтала, сохла ежечасно, ждала, сходила я с ума. Такое чувство утопично, оно бывает в жизни раз. А как все было феерично, волшебно, радужно… Сейчас былое поминать не стоит, к чему пустая трата слов, теперь я, государь, свободна от связывающих нас оков. И неподвластна силе карих, больших, затягивающих глаз. Привыкла жить для вас в опале и бить души своей алмаз. Вы счастливы, мой друг? Я тоже привыкла обретать покой. Вот только властелином моим является другой.

_________

Это не я. Правда. Не совсем похоже... да и кого-то над собою я не признаю, как писала и раньше.

Хы... какую-то мне глупость прописали...

Мужчина-опора – глава семьи. Он избавит вас от необходимости заботиться о пропитании и достатке, но взамен ему нужно будет признание его превосходства. Такой мужчина будет контролировать всё сам: любые покупки, поездки. Последнее слово всегда будет оставаться за ним. Он будет отвечать буквально за всё. Вам останется только заведовать душевным теплом в семье и сглаживать все возможные конфликты, которые могут возникнуть из-за достаточно категоричного поведения главы семьи. А конфликты с детьми обязательны, ведь им бывает недостаточно аргумента “я так сказал”, дети любят, чтобы им объясняли, почему родители поступают именно так. Активность такого мужчины в постели зависит от его загруженности на работе. Если он ответственно подойдёт к вопросу обеспечения семьи, то сил на интимную сторону жизни будет оставаться всё меньше, да и разнообразия в сексе будет немного. Пройти тест  "Выбираем по себе"

Мы существа независимые, так-то.

А вообще что я хотела сказать, лрузья мои...

Чудесно просыпаться с ликующей душой, смотреться в зеркало с улыбкой и снова (о, как давно это было) чувстовать поцелуи и ласки ветра. Даже вспомнилась одна юная девчушка, что когда-то хотела познать Ветер...

И ,как выяснилось, вспомнилась мне она совершенно зря. Дорогая, нельзя повторять историю, вновь обжигаться на своих ошибках и истязать свои нервы. Не надо, пожалуйста, ведь теперь у тебя еще меньше шансов... Их нет совсем. Плочему так не хочется верить?..

Вам нравится дождь? С недавних пор я его полюбила… дождь бывает разный, быстрый и медленный, сильный и не очень, теплый и холодный. Но, какой бы он ни был, после него в воздухе пари ощущение свежести и чистоты. Да. Чистоты, это главное. Небо сразу становится ясным, солнышко светит радостнее, и вокруг все довольны. Возникает ощущение чистоты. Упорядоченности.

Главное, пережить дождь.

И я ведь переживу. Вот, еще чуть-чуть, и он кончится. Сейчас я смою со щек его следы, и все встанет на свои места. Все упорядочится. Очистится. Свобода… Ведь правда, он сейчас пройдет?

З.Ы. Я выживу. В любом случае выживу. Не надо меня жалеть или винить себя. Все хорошо. Даю установку.

В субботу я была в театре. Плутни Скапена. Второй раз. Я шла и надеялась влюбиться на два часа в обаятельного ловкача, которого играет несравненный Скобелев.

И что вы думаете? Он был в первом же действии, на втором плане за столиком, листая журнал Playboy. И аплодировал, кричало браво новому Скапену. Другому. Чужому. Не себе.

Да, новый герой играл неплохо. Талантливо. Но каково это — смотреть на другого Скапена. Да, рост примерно тот же, да, волосы длинные, их даже хватает на небольшой хвостик, голоса немного похожи… Но эти интонации, жесты, импровизация. "Нет! Это не ты должен так двигаться, так говорить и так играть!" — хотелось кричать мне с первого ряда. Нет. Ни за что. Только он.

Но так же нельзя. Публика довольна. Все рукоплещут и благоговеют. И, наверное, они правы в большинстве своем. Ты начинаешь думать, что, быть может, все так и должно быть, и даже привыкаешь к новому актеру, исполняющему главному роль, но тут на заднем плане появляется он, пусть даже в эпизоде, невзначай, не привлекая к себе внимания, но бесполезно. Тут же глаза жадно впиваются, стараясь не упустить на капельки, внимание поглощено только им, ведь Он и там Звезда… Одним словом, все пропало.

Плевать на Скапена, может, он и хорош, но есть одна маленькая деталь. Не Он.

Забавно, не правда ли?..

Этот конечно да…

Если не считать того, что я не выспалась и еле встала, то день был просто изумительным, фантастически, великолепным, ошеломляющим, несравненным и проч.

Я поехала в универ с утра (да-да, такая я сумасшедшая, хожу туда по воскресеньям). Сначала мастер-класс по силовой аэробике (первое я пропустила по вполне известным причинам — ткните пальцем в того, кто может представить меня, танцующую хип-хоп?). Там мои ручонки познали, что значит скакать с гантелями под 1 кг. Не смейтесь, вес, конечно, небольшой, но с ним чертовски сложнее проделывать все то, что обычно. Заодно меня порадовал мой плечевой пояс — в прошлом году организЬму было гораздо труднее. Потом, усталые и умотанные, мы пошли в раздевалку попить водички (мы после каждого занятия таскались туда… все пили и пили). Далее степы. Вела физручка Катрин. Да, она (не Катрин) зверюга! Положим, прискоки-прихлопы выдержать можно, но кружения и ритуальные пляски вокруг деревянных "полочек", по-другому это назвать сложно… это ненормально, честное слово. К концу этого мы, нашаманенные отшамананенные и зашаманенные до глубины души, были без сил. "Сейчас будет йога, отдохнете", — успокоила нас другая дама. Ага, учитывая, как она обычно ведет, мы так и поверили. И не зря, ибо мое туловище сегодня принимало все мыслимые и немыслимые позы. Нас чуть ли не завязали узлом.

А еще я выиграла в лотерее! Второй год подряд. Хых, кружку. С вишнями. Но я еще до этого загадала, что если выиграю, то подарю. Вот. Все решено.

Потом измотанное странное существо в лице меня поплелось домой, где его коварно поджидала куча белья и остывший утюг. О да… спина начала деликатно напоминать о себе, мол, отдых-то нужен. Сказано — сделано. Едва кучища закончилась, я на десять минут легла на диван, чувствуя себя амебой. И было так хорошо… Но потом стало еще лучше. Мы же мазохисты, мы решили сегодня пойти на усиленную тренировку. Пешком. Да. Спине это явно не понравилось. Впрочем, остальным мышцам тоже. Но какая разница… Час диких плясок, трясок и прочих соблазнительных телодвижений, и наступила растяжка. Вот тут после йоги я чувствовала себя самой продвинутой и крутой тетькой. Это надо было видеть. Я могла, могла, слышите, могла сделать все, что говорят, и даже немного больше. Наступил момент тожества, и жаль, что растяжка проходила в темноте, момент славы был упущен. Ну, не беда. Переживем. Меня даже научили делать круги грудью уже после занятия.

А потом был быстрый путь домой, в течение которого мою. Скромную персону не покидала мысль, что завтра спина, ноги, руки и прочие части моего драгоценного тельца взбунтуются не на шутку, и мне крупно повезет, если я смогу на следующий день подняться безболезненно. Будем верить в лучшее. Постараемся, ага.


Настала пора рассказать очередную бредятину, что мне сегодня снилась. Итак, дело началось с того, что я собралась то ли на ролевую игру, то ли на какую-то важную встречу, но что-то не получилось, не заладилось. И я лежала в старой квартире Катрин на ее кровати под одеялом и горько плакала. Было очень обидно. И в комнате находился какой-то странный дядька, которого звали Blood. Причем очень странный дядька, я его не знала и не знаю, но его звали Blood. Практически ее хвали Никита… Он пытался меня утешить, присел на кровать, а потом забрался ко мне на одеяло, и я долго плакала на его широкой надежной груди. И когда, наконец, я была почти утешена, в комнату ворвался готичный парнишка с темными волосами до плеч (прическа как у пажа в Средневековье) и с бледной, явно напудренной в десять слоев, кожей. "Мой молодой человек", — издевательски сказал мозг. По крайней мере, во сне. Увидев нас, он побледнел еще больше, и вылетел из комнаты, проорав что я дрянь или что-то в этом духе. Это было неправдой, и я бросилась за ним. Мы мчались по улицам, и я заметила, что он проскользнул в какой-то дом. Недолго думая, я двинула туда и долго-долго ходила по коридорам, лестница и комнатам, пытаясь найти человека. Безуспешно. Зато я добралась до полутемной спальни, в которую почему-то боялась входить. Часть моей натуры шептала: "Уходи, уходи отсюда, ни за что не переступай порог этой комнаты!". Но внезапно пред моими глазами предстал юноша. Нет, не юноша. Это был Идеальный Мужчина, и я не могла, никак не могла сопротивляться его чарам. Он звал меня в ту комнату… Как можно противиться этому сладкому голосу, этому взгляду глубоких теплых глаз, зовущим рукам? Он словно сидел на кровати, полуобнаженный, закутанный в простыню, и ждал меня. Ну да, я зашла. И тут же морок исчез. Откуда ни возьмись появился маленький человечек (он доставал мне примерно до груди), его кожа была голубовато-зеленого цвета (это был очень светлый оттенок), а вместо ног был не то что хвостик, как у джина, а скорее что-то закрученное, как крем на рожке мороженого. В общем, ему позарез надо было, чтобы я вышла за него замуж. Только у меня ну никак не возникало такого желания. Я долго сопротивлялась, ломала все его замыслы и издевалась над речами, которые, как предполагалось, должны был убедить меня в его правоте. Наконец, я слегка вывела его из себя, и смогла убежать. Но, увы, он теперь ожил, ему можно все, и эта голубовато-зеленая скотина начала гоняться за мной по всему дому. А дверей на улицу я не находила, впрочем, как и окон. О да, большой двухэтажный дом это весело, особенно, если он начинен ловушками почище, чем шашлык специями. Так что я носилась по коридорам, пряталась в комнатах, съезжала по лестницам. Но это существо в итоге поймало меня и понесло обратно в ту чертову комнату. Там он уже хотел было произвести кощунственный обряд (читать как свадьбу сыграть), но маленькому развратнику зачем-то понадобилось пробудить еще трех теток той же породы, что и он — уродливые, маленькие с кожей неприятного оттенка. "Ах ты паршивец! Жениться на мне собрался, и тут же трех любовниц себе завел!" — завопила я, и это чудесным способом придало мне сил. Так что я снова начала бегать по дому от мелкого злодея. Помню, там было два странных люка, один из которых хитро катапультировал в другую часть здания, а другой банально не работал. И вот, когда я добежала до них, то точно знала, что в другой части здания ждет маленькая противная тетька, потому не знаю, что мне уж в голову взбрело, но я встала на второй люк, и тут же оказалась летящей перед заколоченным окном, на котором висела табличка "К Сереге". Нет, я не ударилась, я пролетела сквозь деревяшки, и оказалась не то в саду, не то где еще, но рядом с каким-то надежным человеком, который успокаивал меня и говорил, что все закончилось, все хорошо. И не спрашивайте меня, как он выглядел, я помню только руки и имя. Все.

И если бы не будильник, то, быть может, было бы продолжение! *злиЦЦа*

Хы... вот так все странно...

Надо было столько всего написать. Столько невысказанных мыслей. От которых меня рвет. Рвет на части. А теперь сижу и пытаюсь что-то забить сюда, но, как обычно, в аське появилось столько желающих пообщаться именно в этот момент.. ;)

Да нет, я не против. Пусть общаются. Только... только странно. Сижу теперь в ней почти целый день - с мобильника. И все жду. Жду кого-то. Характерное "тук-тук-тук" и...

А я не хочу гадать кого жду. Потому что боюсь. Боюсь угадать. Боюсь понять. Боюсь встретить.

Кстати, недавно у меня была встреча. С человеком, которого я считаю своей первой большой Любовью. Просто случайное стечение обстоятельств. Но я рада. Потому что он хороший друг. И мне не больно с ним общаться, ни капельки, как когда-то.

Хорошая случайная встреча.

Из скольких случайностей состоит наша жизнь?..